Дато уже несколько месяцев считает дни до своего восемнадцатилетия. Восемнадцать - это тот самый рубеж, после которого можно официально сказать: я сам решаю, как жить дальше. Он почти каждый вечер представляет, как садится в поезд до Санкт-Петербурга с одним рюкзаком и парой тетрадей, исписанных идеями для фильмов. В голове уже звучат названия будущих картин, выстраиваются кадры, которые он когда-нибудь снимет. Главное - уехать. Уехать туда, где никто не будет спрашивать, почему ты не пошёл на буровую.
Бабушка уверена, что лучшая судьба для внука - это стабильная работа на севере. Хорошая зарплата, вахтовый метод, пенсия потом будет приличная. Она уже даже договорилась со знакомыми, чтобы Дато взяли в бригаду сразу после школы. Каждый раз, когда она заводит этот разговор за ужином, Дато молча кивает и смотрит в тарелку. Спорить бесполезно. Бабушка вырастила его одна, когда мать уехала отбывать срок. Её слово в доме весит больше всего.
Только мама знает правду. Дато рассказал ей об этом по телефону два года назад, когда разговор случайно зашёл дальше обычных «как дела» и «что в школе». Он тогда впервые произнёс вслух: хочу стать режиссёром. Хочу снимать кино. Мама долго молчала в трубку, а потом тихо сказала: «Значит, будешь снимать». С тех пор они иногда переписывались короткими сообщениями, и каждый раз она напоминала: держись, сынок, всё получится. Дато хранил эти слова, как талисман.
А потом она вернулась. Просто однажды вечером открылась входная дверь, и на пороге стояла мама. Худая, с коротко остриженными волосами и усталыми глазами, но улыбалась так, будто и не было этих восьми лет. Бабушка сначала замерла, потом заплакала, потом начала ругаться, что никто не предупредил. Дато же просто смотрел и не мог поверить, что она действительно здесь. Вечером, когда бабушка ушла спать, они долго сидели на кухне при тусклом свете лампы. Мама спрашивала про его планы, а он наконец решился и сказал всё вслух ещё раз. Про Петербург, про кино, про то, что боится не успеть.
Она слушала внимательно, не перебивая. Потом взяла его руку и сказала, что поддержит любое решение. Даже если придётся спорить с бабушкой. Даже если придётся первое время жить очень скромно. Главное - не предавать то, ради чего он вообще дышит. Дато почувствовал, как внутри что-то отпустило. Словно тяжёлый камень, который он таскал в груди несколько лет, вдруг стал легче.
Теперь каждый день стал немного другим. Бабушка по-прежнему ворчит про буровую, но уже не так уверенно. Мама тихо помогает Дато собирать портфолио: ищет старые знакомых, которые могут подсказать, куда подавать заявки, как правильно оформить заявку на поступление. Иногда по вечерам они втроём смотрят старые фильмы на маленьком телевизоре. Бабушка ворчит, что всё это ерунда, но остаётся до конца и даже иногда смеётся над смешными сценами.
Дато понимает: впереди ещё много сложного. Деньги, документы, общежитие, если повезёт поступить. Но теперь он точно знает - он не один. Мама вернулась не просто домой. Она вернулась, чтобы встать рядом с ним в тот момент, когда он делает самый важный шаг в своей жизни. А это, наверное, и есть настоящий день рождения. Не дата в паспорте, а день, когда ты наконец чувствуешь, что можешь идти туда, куда зовёт сердце.
Читать далее...
Всего отзывов
6